ГРОМКИЕ ДЕЛА

Дело Лунина, обвиняемого по ч. 2 ст. 105 УК РФ

ЗАЩИТА ЛУНИНА 

(фамилии свидетелей изменены)

Добрый день, Сергей Вячеславович. 

Расскажите, пожалуйста, о деле Лунина? 

— Наверно, начну с конца, оценю приговор по делу. В настоящее время мы обжалуем приговор в апелляционную инстанцию Верховного Суда. Мы не согласны с вынесенным решением, с обвинительным приговором областного суда, не согласны с тем, что по мнению суда, была доказана вина моего подзащитного в совершении двойного убийства. Соответственно, в качестве контраргументов приводим свои доводы о невиновности. 

— Какие это доводы? — Нет объективных данных, в частности заключения судмедэкспертов, т.е. невозможно установить причинно-следственную связь между действиями подзащитных и наступившими последствиями. 

— А с чего все началось? В чем суть дела? Насколько я понял из материалов дела, Лунин вместе с друзьями отмечал какой-то праздник? — Нет, это была встреча старых знакомых, которая происходила в доме отца Прутенского Владимира. Собрались – отмечали встречу. Кроме моего подзащитного Лунина, Прутенского Владимира, его отца Дмитрия Прутенского в доме находилась жена Дмитрия Прутенского – Вербова Наталья и жена Владимира Оксана Хоршина. Несколько лет назад Прутенский Дмитрий умер. Два года назад убили и Вербову. Из живых участников той встречи остались Прутенский Владимир, его жена Оксана и мой подзащитный Лунин. Итак, они выпивали. В это время, по версии следствия, Хоршина сообщила о том, что ее изнасиловали. Изнасиловал с ее слов знакомый Владимира – Магомедов С. А.  

— Скажите, а в дальнейшем подтвердилось, что Магомедов изнасиловал Хоршину? — Следствие вынесло постановление о прекращении уголовного дела по поводу изнасилования в отношении Магомедова ввиду его смерти. Имеется документ, который подтверждает его вину в изнасиловании, он есть в материалах дела, то есть это подтверждено. Суд при вынесении приговора ссылается на факт изнасилования как на смягчающее обстоятельство. — Но вернемся к истории. Хоршина сообщила об ее изнасиловании Магомедовым. Владимир стал «вызванивать» Магомедова под предлогом пойти в лес попилить дрова. Пригласил его к себе домой. Тот пришел. Пришел не один, а со своей женой Ударовой, одной из убитых впоследствии по версии обвинения. С порога Владимир начал предъявлять претензии Магомедову по поводу того, что тот изнасиловал его жену. Магомедов, естественно, отказывался. Между ними началась драка. Прутенский стал избивать Магомедова. Лунин пытался вмешаться и растащить их. Пытался разнять – в итоге сам получил от Прутенского пару оплеух. Продолжая наносить удары потерпевшему Прутенский не рассчитал свои силы и «забил» Магомедова, в результате наступила его смерть. Как поясняет Владимир Прутенский, он не знал, жив ли Магомедов или нет. Лунин говорит, что Магомедов был мертв. Труп Магомедова по решению хозяина дома Дмитрия Прутенского решили вывезти на его машине из дома. 

— А что происходило с женой Магомедова в это время? — Ударова, со слов Лунина и Прутенского, пыталась вмешаться, получила несколько ударов и находилась в бессознательном состоянии, точнее сказать, она не понимала, что происходит. Далее, как поясняет Лунин, Дмитрий Прутенский предложил спрятать труп. С собой взяли и Ударову. Сказали ей, что якобы везут в больницу. Вывезли их в Вологодскую область. В лесу вытащили их из машины, положили друг на друга и оставили недалеко от дороги, после чего, со слов Лунина, они сели в машину и уехали. Прутенский подтвердил показания Лунина, изначально заявив, что в лесу ударил Ударову пару раз подобранной там же палкой. Лунин этого момента не подтверждал, так как не видел, находился уже у автомашины. В дальнейшем, в суде Прутенский заявил, что палкой Ударову не бил, что лишь бросил ее в лесу лежащей на Магомедове. Однако в ходе следствия под давлением, как заявляют Прутенский и Лунин, из них «выбили» показания о том, что они перерезали горло и Магомедову, и Ударовой. Для чего, по моему мнению, это было сделано? «Следствию» необходимо было принимать решение, что делать с задержанными. Лунина по закону должны были бы отпустить, потому что он не причастен ни к смерти Магомtдова, ни к смерти Ударовой. По поводу того, что он помогал вывозить.... Есть статьи 125, 109 УК РФ, но там уже прошли сроки давности, ведь с того момента прошло 5 лет, и дело подлежит прекращению. Соответственно, следствию нужно было решать судьбы Лунина и Прутенского. По мнению защиты, следствие принудило Лунина и Прутенского оговорить себя, заставив заявить, что они перерезали глотки. В этом случае можно было держать их в следственном изоляторе и работать с ними. Так эта версия и осталась. В последующем ее принял и суд. — Почему я не сомневаюсь в правдивости пояснений по факту оговора себя моим подзащитным? Потому что до задержания Прутенского и Лунина в деле был еще один подозреваемый – некий Рысаков, который в ходе следствия на допросе и очной ставке сообщал под видеозапись о том, что это он убил Магомедова и Ударову. Он давал показания, во что были одеты убитые, что находилось у них в карманах. Я не ставлю под сомнение показания Лунина и Прутенского о том, что они себя оговорили, потому что факт самооговора в отношении другого лица есть. Понятно, что Рысаков перед допросом под видеозапись от следователя получил указание, какие показания ему стоит давать. Я считаю, что было оказано давление и на Рысакова. Несмотря на прозрачность факта должностного подлога, проверка по данному факту не проводилась, а на многочисленные жалобы поступают отказы. 

— Что потом стало с этим человеком? — Он умер. Дело в отношении Рысакова прекратили за его непричастностью. 

— То есть, как только он умер, он стал «непричастным»? 

— Нет, не только поэтому. Во время следственного эксперимента он не смог показать, куда он их вывез. Там была масса «нестыковок». Если посмотреть видеозапись, то можно понять, что тщедушный, невысокого роста, страдающий крайней алкогольной зависимостью Рысаков, не умеющий к тому же водить автотранспорт, не мог никого убить и вывезти тела погибших за много километров, да и автотранспорта у него не было. В этом деле содержится очень много нюансов. Начнем с того, что первичные показания Лунина и Прутенского о том, что они не перерезали горло Ударовой и Магомедову, а просто бросили их в лесу, подтверждаются следующим: при выходе на место происшествия с участием подозреваемых «следствие», основываясь на их пояснениях, данных в результате оговора, зафиксировало, что подозреваемые бросили два тела друг на друга и перерезали им шеи: Лунин – Магомедову (со слов Лунина на тот момент мертвому), а Прутенский – Ударовой, при этом Прутенский нанес еще и удар ножом в область спины Ударовой, т.е. убили их. Но труппы-то были найдены на расстоянии. Получается, после того, как Ударовой перерезали горло, она имела возможность передвигаться. По сути она не была убита, она была брошена. Второй момент: я несколько раз ходатайствовал о проведении судебно-медицинской экспертизы для определения следов крови на одежде потерпевших. Экспертиза была проведена лишь в суде. В ходе ее проведения были обнаружены следы крови, и я особо хочу акцентировать Ваше внимание на том, что следы крови расположены на внешней стороне воротника потерпевшего, небольшие следы крови на задней части джемпера потерпевшего. У Ударовой были обнаружены следы крови на носках в области пятки и области пальцев ног. О чем это говорит? Начнем с Ударовой. В доме, когда избивали Магомедова, на полу образовалась лужа крови, так как лицо его было сильно разбито. Лужу потом «замывали», об говорят показания присутствовавших там лиц. То есть Ударовак испачкала носки в крови на полу в доме Дмитрия Прутенского. Мы осматривали в суде одежду, допрашивали эксперта, который проводил экспертизу. Я задал ему вопрос, имеются ли следы крови на внутренней поверхности воротника Магомедова. Ответ эксперта – однозначно нет. Кроме того, воротник достаточно широкий. Под одеждой находилась футболка, которая плотно прилегала к горлу. Если перерезать шею, то в первую очередь именно по логике вещей футболка будет в крови, как будут в крови и внутренние части воротника. Сами понимаете, сколько там должно быть крови, когда перерезают артерии. На футболке нет ни капли крови. Все это говорит о том, что версия о ножевых ранениях голословна и выдумана. Опять же, есть показания моего подзащитного о том, что это был оговор. Не доверять заявлениям подзащитного при таких обстоятельствах я не могу. Обращает внимание и тот факт, что в ходе следствия следствие, простите за тавтологию, отказало в проведении указанной экспертизы. Вместо того, чтобы отправить одежду на исследование по установлению старых следов крови, был сделан лишь осмотр с участием так называемого специалиста прямо в кабинете у следователя по указанию последнего, о чем он пояснил в суде. Специалист установил, что старых следов крови на одежде нет, хотя при этом использовал методику, применяющуюся при установлении свежих следов крови до 30 суток вне лабораторных условий. А ведь вопрос защиты, которая просила эксперта осветить при проведении экспертизы, заключался в установлении расположения (локализации) пятен крови на одежде, чтобы потом понять, какая из рассматриваемых версий имеет место быть. Судом, к сожалению, так и не была дана оценка данным действиям специалиста. Да и кроме этого ножа обнаружено не было, следов пореза от ножа на одежде потерпевших не имеется. После повторного осмотра места происшествия – места обнаружения тел погибших в лесу, опровергая версию Прутенского, что тот не бил Ударову палкой, следствие устанавливает (вдумайтесь!): «В лесу палок не обнаружено...». При этом к осмотру прикладывают фото, на котором этих палок… Следствие хранит останки тел навалом в коробках, перевозит и транспортирует их на большие расстояния без соответствующей упаковки на протяжении нескольких месяцев неизвестно где, не сдавая их в камеру хранения. Потом на костных останках появляются трещины, которые, несмотря на их отсутствие при первичной рентгенограмме, ставятся в вину подзащитным. Более того, часть костных останков вообще не исследуется экспертом, родственникам вместе с основными останками не выдаются, где они – неизвестно, а повторные экспертизы проводятся без надлежащего уведомления одного из экспертов об уголовной ответственности. — По данному делу был приговор Новгородского областного суда – виновны. Основания – показания, которые были даны ими в ходе следствия непосредственно после оговора. По мнению суда именно они правдивы, а те показания, которые они давали сразу после задержания и в зале суда, преследовали собой цель избежать наказания. Конкретных данных, подтверждающих версию следствия в суде, не было представлено, то есть причинно-следственная связь, еще раз повторюсь, не установлена. Причина смерти могла быть любой. Да, Лунин и Прутенский виновны в смерти потерпевших. Но, по моему глубокому убеждению, они не виновны в том, что им инкриминируют – двойное убийство с применением ножа. Да, была драка. В ходе этой драки непреднамеренно Владимиром Прутенским была причинена смерть Магомедову. Да, они (Владимир и Дмитрий Прутенские и Лунин) вывезли в лес Магомедова и Ударову и оставили в опасности. Даже если предположить, что Владимиром Прутенским были причинены в этот момент тяжкие телесные повреждения потерпевшему, как бы то ни было, у нас нет этому реального подтверждения, нет заключения эксперта о причинах смерти и характере травм, их локализации и степени тяжести. Так что давайте все же судить их за то, что есть, за то, что доказано. Мы не можем строить обвинительный приговор на домыслах и на крайне противоречивых показаниях, которые, как я считаю, вполне обоснованно поставлены под сомнение... 

— Как Вы считаете, зачем им инкриминируют лишнее? — Объясню. Были задержаны люди. С ними нужно работать. Нет ни одной экспертизы по делу, которая могла бы установить причинно-следственную связь между действиями подозреваемых и наступившими последствиями и которая позволила бы привлечь Прутенского по ст. 111 или 105 УК РФ, как и Лунина соответственно, а трупы есть, есть два реальных человека, которые причастны к их смерти… Так бывает: есть данные, но подтвердить их невозможно… Время, к сожалению, к следам безжалостно. Для этого случая существует Конституция, а она гласит, что, если нет доказательств, существуют сомнения, то дело подлежит прекращению. В данном случае реально их можно судить лишь за побои, что доказано и не оспаривается сторонами. 

— Почему же не стали судить по 116 УК РФ? — Потому что даже по этой статье их невозможно осудить – сроки давности. Поэтому и возникла эта версия. Это в отношении Прутенского. Что касается моего подзащитного Лунина, его никоим образом нельзя было судить ни по ст. 111 УК РФ, ни тем более по 105, потому что он к действиям, повлекшим за собой смерть, вообще не причастен. Да, он все видел, да он помогал вывозить, да он оставил Ударову в опасности, фактически на верную смерть осенью в лесу. Его можно судить лишь по ст. 125 или ст. 109 УК РФ. Получается, что человека судят не за объективно доказанные противоправные деяния, а осуждают, исходя из домыслов и предположений. Сейчас мы подали краткую апелляцию, подали замечание на протокол судебного заседания, т.к. там был ряд неточностей. Готовим апелляционную жалобу в полном объеме. 

— Каков Ваш прогноз по данному делу? — Не готов судить. Если суд будет исходить из норм права, то он должен прислушаться к мнению защиты. Если суд будет проходить в том же режиме, в котором он проходил в Новгородской области, когда доводы защиты просто отметались и не воспринимались, то и решение будет соответствующее. Все зависит от объективности суда.

Дело ведет адвокат Пешков С.В.

подготовил А.С. Пономарев 10.06.16